О заборах и х*ях

Размышления о некоторых особенностях русского национального характера.

Одна из раздражающих особенностей нашего любимого отечества - это неимоверное количество заборов, ограждений, оград, шлагбаумов, турникетов и прочих препятствий свободному передвижению в пространстве. Огородить стараются все - от детских садиков до могил, причем не ажурными символическими оградками, а - в идеале - пятиметровым бетонным забором со спиралью Бруно (или хотя бы обычной колючей проволокой) сверху, естественно, под напряжением. На входе должны быть два автоматчика, или хотя бы бабка-вахтер. Если в здании есть два входа, то один из них обязательно закрыт навеки, если дверь из двух створок, то одна непременно заколочена намертво.

Обилие заборов - это внешнее воплощение обилия запретов в российских головах. "По газонам не ходить!", "Траву не мять!", "Выход на лед запрещен!", "Купание запрещено!", "Посторонним вход запрещен!". Как известно, в каждом из нас живут Дитя и Родитель, и в русском человеке этот Родитель - концентрат норм, обязанностей и запретов - особенно строг. Но что будет делать ребенок, которому все запрещают? Правильно! Он будет делать все запрещенное, но тайком, исподтишка, втихаря, показывая в кармане тайную фигу назидательному родителю.

Какая надпись на заборе бьет все рекорды популярности? Конечно, "хуй"! Незамысловатое короткое слово из трех букв. Но это совсем не физиологический "мужской половой хуй", надписью о котором человек сообщает о своих проблемах или достижениях в сексуальной сфере. "Хуй" на заборе - это метафизический хуй, символ протеста, извлечение на свет самого запретного, нарушение самых страшных табу. Это главная русская мантра, с помощью которой русский человек противостоит всем жизненным трудностям.

Есть два развернутых варианта этой мантры: "А вот хуй вам!" и "Да пошли вы нахуй!".

"А вот хуй вам!", - повторяет про себя школьник и тайком курит за школой, пьет портвейн в подвале, пишет похабщину в лифте. "А вот хуй вам!", - думает студент и забивает тот самый метафизический хуй на учебу, кладет хуй на лекции и идет бухать с друзьями и подругами. "А вот хуй вам!", - мысленно говорит подчиненный начальству и тихо саботирует работу.

Но гораздо страшнее, когда русский человек говорит "Да пошли вы нахуй!". Потому что произнеся вслух это страшное заклинание, он включает программу тотального саморазрушения. "Да пошли вы нахуй!", - говорит крестьянин и, подпалив барскую усадьбу, уходит в лес, все дальше и дальше, аж до Аляски. "Да пошли вы нахуй!", - говорит солдатик в карауле, покидает пост, идет в казарму и там расстреливает чмыривших его дедов. "Да пошли вы нахуй!", - орет толпа и слепо прет на пытающихся остановить ее беспомощных омоновцев.

"А вот хуй вам!" и "Да пошли вы нахуй!". Два полюса в нашем сознании. Два способа существования. Два пути. Рука старательно выводит на заборе буквы: "Х… У…". И никак не придет в голову одна простая мысль: а ведь совсем не обязательно, чтобы здесь стоял забор.